О креативности и ригидности

Это третья заметка к публикации сборника Александра Грайцера «Тебе принадлежит свобода» в рассылке «Человек и религия в современном мире».

25 октября 2008

Дорогие друзья!

Мы продолжаем публикацию книги Александра Грайцера «Тебе принадлежит свобода». В сегодняшней главе Саша продолжает вопрос о свободе и власти в церкви – вопрос, который, как я отмечала в прошлый раз, глобально относится не только к церкви, но и к любым сообществам людей.

Саша противопоставляет два типа власти – авторитарный и теократический. Под последним он подразумевает свободу духовного развития человека. Проблема в том, что большинство верующих под «теократией» (то есть «властью Бога») подразумевают ни что иное, как тот же авторитаризм, производящийся от имени Бога иерархией (неважно какой, ортодоксальной или протестантской). Не секрет, что многие верующие восстают против принципов свободы и демократии, противопоставляя им то, что они называют «теократией», то есть, по сути, тот же авторитаризм.

Саша же, как раз наоборот настаивает, что подлинная теократия (то есть «власть Бога») – это власть свободы, по сути своей близкая к демократии, как вы увидите из статьи. Вопрос этот косвенно рассматривала и я в прошлом (к примеру, в статье О причинах фундаментализма и тоталитаризма в вопросах веры), когда писала, что в сознании многих верующих господствует авторитарный образ Бога: бог – тоталитарный диктатор, в образ которого и «преображаются» верующие в такого «бога». Но о таком образе никак невозможно сказать иоанновы слова, которые, казалось бы, принимают все христиане: «Бог есть любовь». Любовь несовместима с тоталитаризмом и насилием. Любовь даёт свободу. Любовь несовместима с авторитарным правлением. Поэтому я абсолютно согласна с Сашиной идеей, что подлинная теократия – это свобода, уважение к индивидуальности каждой личности, которые на практике могут осуществляться лишь в демократических сообществах, и творческое познание Истины.

О последнем мне хочется сейчас сказать особо. Возможно, мои размышления не вполне соответствуют теме сегодняшней Сашиной главы, но они достаточно важны для понимания всей нашей позиции в целом и так же касаются следующих глав книги.

Творчество можно назвать своего рода «кредо» Саши, поскольку Саша применяет понятие творчества не только к так называемым «светским» или «мирским» сферам жизни, но и к сфере религии. Многим верующим такой подход совершенно непонятен и, более того, кажется еретичным. И это ещё одна причина, почему творческое постижение Истины заслуживает отдельного освящения.

Начнём с определения понятий. В психологии творческие способности человека называются креативностью (от слова creatio – творить). Известный гуманистический психолог А.Маслоу, исследуя самоактуализированных личностей (тех, кто достигает самовыражения, раскрытия своей индивидуальности), особо выделяет их творчество, креативность.

Чтобы быть креативным, человеку не обязательно писать книги, сочинять музыку или создавать живописные полотна (хотя и это всё входит в понятие креативности). Так, говоря о своей теще, которую он считал самоактуализирующейся личностью, Маслоу подчеркивал именно этот факт. Он говорил, что хотя его теща не обладает талантами писателя или актера, она в высшей степени творчески подходит к приготовлению супа. Маслоу замечал, что в первоклассном супе всегда больше творчества, чем во второсортной поэзии!

«…Кpеативность самоактуализиpованного человека сpодни кpеативности pебенка, еще не испоpченного влиянием культуpы, — пишет Маслоу, — Кpеативность — фундаментальнейшая хаpактеpистика человеческой пpиpоды, это потенциал, данный каждому человеку от pождения. По меpе социализации большинство из нас утpачивает способность к невинному и наивному воспpиятию жизни, очень немногие люди выносят ее из детства или, уже повзpослев, вновь обpетают ее. Сантаяна называл эту способность «втоpичной наивностью».

… Чем бы ни занимался твоpческий человек, что бы он ни делал, во все он пpивносит пpисущее только ему отношение к пpоисходящему, каждый его акт становится актом твоpчества. В этом смысле звания твоpца может заслужить любой самоактуализиpованный сапожник, поpтной или кондитеp. Даже отдельный акт зpительного воспpиятия, акт видения может быть твоpческим».

Под «культурой» имеются в виду социальные стереотипы. Религиозные стереотипы так же относятся к их числу. Люди, которые достигают самореализации, свободны от стереотипов: в их действиях проявляется их личностная индивидуальность. Они креативны, они – творцы нового, собственного, личного восприятия реальности. Соответственно, если они верующие, их вера так же освобождается от стереотипов «толпы», «массы».

Противоположностью креативности или творчества, является свойство, называемое ригидностью. Ригидность [от лат. rigidus — жесткий, твердый] — неспособность и неготовность человека к перестройке запланированной схемы мышления и поведения в обстоятельствах, когда ранее намеченная программа требует существенных изменений. Можно без преувеличений утверждать, что религиозные фундаменталисты – это ригидные личности. Ведь если человек имеет творческое видение, он рано или поздно, так или иначе, выходит за рамки сложившихся стереотипов. Креативная, самоактуализирующая личность будет задыхаться в условиях жёстких стереотипов, словно рыба, вытащенная из воды, и в конечном итоге сумеет преодолеть их.

Всё тот же Маслоу пишет: «…как мы уже говоpили, эти люди в гоpаздо меньшей степени подвеpжены влиянию культуpы, ее запpеты не становятся для них абсолютными, не пеpеходят в pазpяд внутpенних запpетов и огpаничений, они гоpаздо менее «окультуpены» по сpавнению со сpеднестатистическим человеком. Понятно, что эта «некультуpность» позитивна, и я склонен называть ее спонтанностью. Самоактуализиpованный человек искpенен и естествен, и возможно, отчасти в этом пpичина того, что обычные люди часто склонны счесть его одаpенным, талантливым человеком. Hаблюдения за детьми дают нам основания пpедполагать, что каждый из нас когда-то обладал этой спонтанностью и, быть может, в глубине души по-пpежнему искpенен и естествен, но не может пpоявить этого, скованный тяжелыми цепями запpетов и огpаничений, налагаемых на нас культуpой.

Hо если все обстоит именно таким обpазом, то не впpаве ли мы пpедположить, что, сбpосив оковы культуpы, мы окажемся в цаpстве всеобщей кpеативности?»

Сравнение Маслоу креативного человека с ребёнком навевает воспоминание о словах Иисуса Христа в Евангелии: «Будьте как дети. Если не умалитесь и не будете как дети, то не войдёте в царство небесное». Умаление – это отказ от идеи своей значимости. Взрослый многое знает и ничему не удивляется, взрослый скован множеством стереотипов мышления и поступков. Стереотипы мышления он принимает за знание, такой человек уверен, что он всё знает и понимает «правильно». Стереотипы поведения – это принятые нормы «праведности». Такой человек в религиозном сообществе делается фарисеем, который внешне всё соблюдает «правильно» и поэтому убеждены в своей «праведности». Фарисеи, консерваторы, фундаменталисты, традиционалисты – это ригидные люди, которым Иисус предлагает сбросить оковы стереотипов, стать ребёнком, как бы начать жизнь заново, увидеть мир в новом свете.

Чтобы открыть новое, нужно почувствовать, осознать, что старое неудовлетворительно. Однако фарисей, консерватор, фундаменталист и традиционалист всегда убеждён в незыблемости основ старого, поэтому защищает старое всеми силами, цепляясь за него ногами и руками. Такие религиозные люди возводят стереотип в ранг непогрешимой и непререкаемой догмы.

Но жизнь никогда не стоит на месте, она меняется, и в новых условиях необходимы новые подходы, новые решения и новые действия. Необходима свобода от прежних стереотипов. Религиозные традиции и заповеди, безусловно, учат человека, помогают его взрослению, так же как и духовные наставники. Но самоактуализированная личность, познав «азы», находит СВОЙ СОБСТВЕННЫЙ ПУТЬ. Она вбирает в себя лучшее из опыта старого, но не копирует его, а преобразует его видение в нечто новое.

Все люди разные, каждый неповторим, а потому нет и не может быть единого пути для всех, единого предписания, единого стереотипа. Творческая личность идёт индивидуальным путём, она творит новое, СВОЁ личное видение, и потому она свободна. Она воспаряет над «массой» толпы, словно горьковский буревестник, который гордо реет над волнующимися водами моря, не боясь бури. Таким был Иисус. Он воспарил над стереотипами, не боясь гнева фарисеев, за что и был распят.

Главу из книги Александра Грайцера «Тебе принадлежит свобода», к которой писалась эта заметка, см. в архиве по ссылке.

Реклама